Краткая история якутской психиатрии

14.09.2010 
Количество показов: 627
В этом году исполняется 85 лет со дня создания психиатрической службы в Якутии.
Дата очень важная, как и сама служба, которая помогает всем людям, от школьников до простых работяг и высокопоставленных чиновников с бизнесменами, вовсе не являясь «медициной отверженных».

Как психически больной едва не захватил власть в городе

В начале XX века в Якутске уже были «зуболечебные кабинеты», применявшие новейшие для тех лет технологии – пломбы из серебра и гуттаперчи. Врач Н.А. Попов с 1908 года проводил физиотерапию: гальванизацию и фарадизацию. Но не совсем ясно, как он это делал, ведь первая в Якутске электростанция открылась лишь 9 августа 1913 года. Вероятно, физиотерапию проводили, получая электроэнергию известной уже тогда динамо-машиной с ручным или педальным приводом. Но на этом достижения ограничивались. В сельской же местности люди частенько и не видывали ни одного врача. Единственным улусом, где до 1917 года был свой доктор, являлся Чурапчинский: здесь работал первый врач из якутов Сокольников. Второй известный врач-саха, доктор Иван Николаевич Скрябин, не успел поработать долго в Якутии, так как был мобилизован в армию, когда в 1914-ом началась Первая мировая война. Но у нас не было ни одного психиатра.

Психиатрическая проблема напомнила о себе в 1917 году. После Февральской революции сменивший губернатора Якутский комитет общественной безопасности (ЯКОБ) в прекраснодушном порыве 10 марта 1917 года освободил всех арестантов из Якутской тюрьмы. Вместе с прибывшими из улусов освободившимися уголовными ссыльными в маленьком Якутске собралось 600 уголовников. Дабы прокормиться, они ходили по дворам, нанимаясь на всякую работу. Но многие горожане не желали связываться с такой беспокойной публикой. От массовых бесчинств удерживала лишь распространённость огнестрельного оружия среди жителей Якутска, особенно среди зажиточных людей.

9 апреля 1917-го на своём митинге уголовники избрали некоего Тодорова, уверявшего, что он якобы врач (хотя было известно, что сидит за грабежи) и «25 лет работал для свободы». Подписывался он как «Человек Павел Иванович Тодоров». Была отмечена его «крайняя нервная возбудимость». Но 10 апреля 1917 года Тодорова снова посадили в тюрьму за намерение арестовать весь ЯКОБ и захватить с группой своих приспешников власть в городе. Только после этого о нём не стало слышно.

Образование психиатрической службы

Гражданская война была крупнейшим потрясением для Якутии с XVII века, и хотя в ней активно участвовало всего 3-4% местного населения, несомненно, она повлияла на рост числа психических заболеваний. Увеличилось количество вдов и сирот, бывших одной из самых уязвимых в психиатрическом отношении групп населения. Поэтому с 1920 года для психически
больных открыли специальную палату терапевтического отделения Якутской городской больницы. Создать самостоятельное отделение не было никакой возможности из-за Гражданской войны.

Первое в Якутии психиатрическое отделение на 25 коек со штатной единицей врача-ординатора было открыто в 1925 году. Этот год считается годом образования психиатрической службы Якутии. Отделение собирались открыть ещё в 1924-ом, но помешало опустошительное наводнение, затопившее Якутск почти до центра города. Но положение постепенно улучшалось, особенно после денежной реформы 3 марта 1924 года и начала активной работы постпредства ЯАССР в Москве, заключавшего договоры с врачами о работе в Якутии.

Одновременно предпринимались и административные меры, в некоторой степени облегчавшие работу медиков. В феврале 1927-го V Всеякутский съезд советов принял постановление «О борьбе с шаманизмом». Несмотря на то, что затем пострадали и настоящие народные целители, следует признать, что были обезврежены и многочисленные шарлатаны, которых стало много в смутное время. К примеру, уже в 1923 году в Олёкминском округе рассматривали дело псевдошамана Захара Фёдорова, приглашённого неким Нартаховым для лечения глазной болезни. Но, не справившись с ней, врачеватель заявил, что причиной заболевания является беременная жена брата Нартахова, и рекомендовал выгнать её из дома. В конце концов Фёдоров был принуждён дать подписку об отказе от шаманства под угрозой лишения свободы и сдать бубен.

Административные меры позволили существенно снизить заболеваемость бешенством, токсическими неврозами и психозами («злые корчи»), вызванными отравлением хлебом, заражённым головнёй.

11 февраля 1936 года СНК ЯАССР принял постановление «О государственном плане весеннего сева на 1937 год», запрещавшее сеять семена, не протравленные от головни, инфекционной болезни хлебных злаков. Со временем о токсических психозах из-за отравления головнёй, особенно о специфической их разновидности, при которой человек терял естественные чувство высоты и страх перед ней, забыли. Но на всякий случай их описание публиковали в медицинской литературе до конца 1960-х годов.

С 1928 по 1933 годы психиатрическим отделением руководил доктор А.Х. Зак. По пока ещё не подтверждённым сведениям, он затем выехал за пределы ЯАССР. Его сменила Тамара Михайловна Марьямова, трагически погибшая в 1939-ом от рук преступника, проходившего судебно-психиатрическую экспертизу. Затем руководителем отделения стал Владимир Владимирович Мизюков, работавший до 1944 года.

Полёт над долиной Туймаада в 17 лет

Психиатрическое отделение (а затем и больница) долгое время работало без водопровода и канализации. Вспышек инфекций избегали благодаря тому, что медперсонал трудился гораздо больше, чем сейчас. Много времени занимала стирка, бывшая исключительно ручной, воду греть можно было лишь на печах. Подогрев существовавшими уже тогда кипятильниками исключался из-за слабой мощности старой тепловой электростанции, построенной в 1913 году. Она могла дать лишь 200 кВт, а город нуждался в 450 кВт. Положение немного улучшилось лишь после завершения строительства ЯЦЭС к 7 ноября 1937 года, но и до 1941-го напряжение в городской сети было слабым. В таких условиях трудотерапия была необходимостью, ибо без посильной помощи пациентов со всеми многочисленными работами справиться было просто невозможно.

Врачи-психиатры стали очень востребованы в связи с происходившим в стране настоящим авиационным бумом. В 1937 году в Якутске открылся аэроклуб, в Парке культуры – парашютная вышка. Летом того же года начались первые полёты на планерах, доставлявшие незабываемые впечатления: летательный аппарат запускался с помощью автомобильной (а иногда и конной) тяги или резиновых тяжей (как большая рогатка), набирая высоту до трех километров. Полёт в двухместной кабине планера разрешался с 17 лет, даже девушкам, но обязательно вместе с инструктором. После курса обучения с 18 лет дозволялись самостоятельные полёты. При этом кабина планера была тесна - пилот не мог сесть в неё с парашютом, да их и не хватало.

В 1940 году Якутский аэроклуб и школа планеристов, авиамехаников и мотористов выпустили первых авиамехаников, а затем – инструкторов планерного спорта. Требования к здоровью даже для курсантов, желавших учиться на наземных специалистов, были, как «для службы в ВВС», и им обязательно нужно было пройти осмотр психиатра. Но наплыв молодёжи был очень большим, поступать шли даже больные пороком сердца и туберкулёзом позвоночника, надеясь, что врачи не заметят их болезней. Престиж профессии авиатора был очень высок, а популярность Чкалова, Юмашева, Леваневского – выше, чем у современных кумиров молодёжи из числа всяких певцов и музыкантов. Однако отбор был строжайшим, причём отсеивали не только явно психически больных, но и лиц, склонных к авантюризму.

Причиной тому было то, что 18 мая 1935 года крупнейший тогда в мире восьмимоторный самолёт «Максим Горький» разбился из-за того, что лётчик Благин на истребителе сопровождения врезался в его крыло, пытаясь сделать фигуру высшего пилотажа. При расследовании выяснилось, что он, будучи очень амбициозным, пришёл к соглашению с кинооператором, летевшим на борту «Максима Горького», что тот запечатлеет его трюк. Но были и подозрения, что Благин совершил осознанный суицид.

Однако в Якутии тогда был сделан единственный шаг к улучшению психиатрической службы: Якутский горсовет утвердил порядок работы пункта скорой помощи, получившей первые автомобили в 1936 году. В перечне оснований для её вызова было
«острое умопомешательство».

(Продолжение следует)

Во второй части мы узнаем, как американский шпион притворялся психически больным, почему приходилось везти крыс из Ленинграда в Якутск и многое другое.
Палата психиатрической больницы
Трудотерапия в психиатрической больнице. Фотофонд Якутского республиканского психоневрологического диспансера
Количество показов: 627
Источник:  Использованы материалы Национального архива РС (Я)
Выпуск:  Выпуск № 68 от 10.09.2010 г.