В дни болезни…

В дни болезни…
Перед вами отрывки из книги Капиталины Алексеевой «В дни болезни...», которая полюбилась нашим читателям. В книге автор делится личным опытом борьбы с тяжелым недугом. Автор преследует цель предупредить своих читателей о коварной болезни - раке, от которого не застрахован никто. В книге она делится только  своим личным опытом, как пережить, как воспринять, как вести себя в дни болезни.

Продолжение…

Я уже писала о том, что по возвращении из Москвы была на приеме у своего врача Соболевой Зинаиды Ивановны, которая  прием начала с того, что мне инвалидность не положена, хотя мы и не собирались говорить о ней. 

Все лето 2011 года я прожила под девизом: мне инвалидность не положена.  Я думала про себя: значит, мои дела не так уж плохи, раз мне не положена инвалидность. Это же замечательно!  Я несколько раз повторяла дочери:  «Ты только подумай,  сколько инвалидов в России, а мне не положена инвалидность, значит,  у меня все хорошо! Люди мечтают об инвалидности, то есть о получении статуса инвалид, а тут я не подпадаю под такую категорию, это хорошо!». Моя дочь почему-то мой оптимизм не разделяла, отмалчивалась… 

Чувствовала я себя отвратительно, кушать не могла, все время мучила тошнота, изжога, слабость, головокружение, все признаки тяжелейшего эзофагита, меня одну без присмотра нельзя было оставить дома…  А доктора в Якутске мне уже  настойчиво сказали, что для меня нашей медициной  все сделано,  что я - здоровый человек, и  все мои анализы такие хорошие,  что никаких показаний для моего лечения и тем более назначения инвалидности нет.  Как бы плохо я ни чувствовала себя, я не могу идти на прием опять. С чем я приду? У меня же все хорошо,  жалоб не должно быть!

Однажды Николай Николаевич, придя с работы, рассказал, что встретил Людмилу Романовну, которая очень интересовалась моим состоянием и тем, почему я не появляюсь в поликлинике, мол, она меня ждет. Это вселило в меня какую-то надежду: кто-то интересуется моим здоровьем,  может, хотят помочь?  Но я решила сначала сходить в городской онкологический кабинет. Еле нашла. Народу тьма. Такие же бедолаги, как и я. Правда, в регистратуре никому в приеме  не отказывают, всех записывают, не ропщут. Подошла моя очередь.  Меня встретила доктор в возрасте: похоже, с огромным опытом работы.  Стала подробно расспрашивать, тщательно осмотрела (как профессор Башилов в «Кремлевке»).  Спросила и  про инвалидность, на что я быстро ответила: «Мне она не положена». 

- Как не положена?  Кто вам такое сказал? В какой поликлинике состоите на учете? - спросила доктор.  Я ответила на все ее вопросы.  Она была удивлена,  что до сих пор не оформлена  инвалидность. Когда я назвала фамилию своего доктора Соболевой, она  аж подпрыгнула на своем стуле:

- Как?  Не может быть!  Зинаида Ивановна сама является председателем комиссии… (как я поняла, той, которая рассматривает инвалидные дела – прим. авт.).  Надеюсь,  вы не уволились с работы?  Всю жизнь ведь работали,  надо хоть немного по больничному  что-нибудь получить,  раз вы так заболели.

Тут я вспомнила, как меня ругала Соболева, что я прошу больничный,  менторским тоном сказав: «Хватит работать, пусть молодые работают,  немедленно увольняйтесь с работы!».  А тут доктор меня хвалит, что я не уволилась, хотя, честно говоря,  я лишь числюсь в штате, потому что не было  сил ходить на работу – слишком слабая. Да, надо написать имя этого доктора-онколога:  Колодезникова Галина Дмитриевна.

Она мне дала направление  в поликлинику по месту жительства (Якутского научного центра) и подробно по пунктам расписала, что они должны со мной сделать.  На прощание сказала: «Не тяните, идите  и оформляйте все документы на комиссию по инвалидности.  Вы – настоящий инвалид, и вы нуждаетесь  в немедленной  помощи  для реабилитации». С этой бумажкой я пришла к Людмиле Романовне.  Она встретила меня очень радушно, было очевидно,  что она меня ждала и была искренне  рада нашей встрече.  Посадила у себя в кабинете, расспросила подробно, я ей все рассказала.  На вопрос, почему я так долго не шла к врачам, мне пришлось «колоться». Людмила Романовна сказала: «Как так?  Вы – настоящий инвалид, у вас  нет желудка,  и его  уже не будет, если вы не можете быть инвалидом, то кто должен им быть?».  Потом  она спросила меня, буду ли я жалобу писать. На это я ответила, что жалобы пишут сильные и здоровые люди, а у меня ни сил, ни здоровья этими склоками заниматься нет, мне бы получить адекватную помощь. Тогда она пригласила в кабинет Веру Валерьевну Саввину – заведующую терапевтическим отделением, молодого доктора, умницу, как потом выяснилось при работе с ней.  Людмила Романовна, которая также знает меня с молодости и знает состояние моего здоровья,  передала меня прямо в руки  Вере Валерьевне. Очень скоро, буквально через несколько дней,  меня  положили  в больницу,  и я попала  к  Лене Дмитриевне. Параллельно Вера Валерьевна стала собирать мои документы для инвалидной комиссии.  Скоро все мои документы и анализы были собраны и переданы в комиссию и мне по ее решению дали вторую группу инвалидности на год.  Правда, через год вся процедура повторилась, и мне уже дали статус  инвалида второй группы пожизненно.  Так я стала инвалидом.

Радоваться или огорчаться этому  факту? Не знаешь,  как реагировать. Про свою инвалидность и ее оформление мне рассказывал мой брат Валентин Иванов, получивший увечье во время авиакатастрофы на советско-китайской границе в 1968 году. У него нет пальцев левой руки. Ему оформили инвалидность как военному летчику. Но каждый год он был обязан проходить медицинское освидетельствование, доказывая, что на его левой руке пальцы не выросли. Смешно!  Моя сестра Роза пережила рак молочной железы лет 30 назад,  орган удален навсегда.  Она – не инвалид, ей тоже в свое время не оформили, хотя все теперь удивляются, почему. Может, в этот раз, когда она повторно заболела раком и удалили ей вторую молочную железу, дали ей инвалидность, не знаю, не спрашивала. Мой муж пережил несколько тяжелых операций (удалена часть легкого, на одной коленке стоит эндопротез, вторая операция на лодыжке  сделала его навечно хромым).  Сразу после установки эндопротеза ему дали инвалидность. Видимо, врачи  добросовестно делали свою работу, но в этом году  почему-то  с него инвалидность сняли, чему мой наивный муж был несказанно рад: «Ты, представляешь, инвалидность сняли, здорово!».  Вместо эндопротеза  у него не выросла же здоровая коленка  – тоже не понятно совсем. А лекарства, которые назначают доктора и он их принимает на постоянной основе, очень дорогие.  Бесплатно их ему тоже никто не выписывает.  В то же время   я  знаю, что  люди, которые жили и работали в Якутии,  но  здесь они ни рук, ни  ног не потеряли,  и на самом деле честно  никакими инвалидами не являются, теперь живут в Москве и в других центральных городах,  и все они поголовно являются инвалидами.  Потому что  были хорошо осведомлены  про оформление  инвалидности, знали все механизмы, кому сколько дать, самое главное, знали про льготы для инвалидов, поэтому уехали из Якутии инвалидами. Теперь эти ушлые ребята каждый год ездят по бесплатным путевкам в различные санатории, дома отдыха, пансионаты и имеют бесплатный проезд.   В Москве «социалка» работает на полную мощь, денег много в столице. И она об инвалидах хорошо заботится.

Итак, меня положили в очень уютную палату.  Я благодарна Лене Дмитриевне за  чуткое отношение к моим бедам: я стеснялась находиться в многолюдной палате из-за своей худобы и страшного внешнего вида, да и больным в палате, наверняка, было бы неприятно находиться в непосредственной близости с говорящим скелетом.  И началось мое лечение в родных стенах… И взялись мои врачи меня вытаскивать с того света…

Я долго думала, почему со мной так обошлась Зинаида Ивановна.  Она много лет знала не только меня, но и всю нашу семью, лечила, помогала, советовала, я всегда обращалась к ней со всеми своими болячками и проблемами со здоровьем не только себя, но и всех членов моей семьи…  Никогда не было отказа от Зинаиды Ивановны.  Иногда я думала: «Может, это все мне померещилось  в моем больном воображении?»  Несколько раз спрашивала у Кати,  которая была со мной на приеме, просила подтверждения или опровержения моих слов, на все она неизменно отвечает:  «Нет, мама, так и было, все слово в слово».  Интересно, она уехала из Якутии тоже инвалидом…

Дорогой читатель!  В моей истории нет ни одного слова неправды.  Я была почти в потустороннем мире, откуда  обычно нет возврата, я видела смерть,  была на самом краю в непосредственной близости от нее, и я тогда  себе дала слово: если мне удастся вырваться, встану на ноги и напишу книгу о том,  что лично пережила,  чтобы предупредить людей….  Чтобы люди насторожились,  чтобы люди были начеку…  Их тоже может настигнуть такая беда в любое время в любом месте.  Будьте бдительны  к себе, к своему здоровью, прислушивайтесь к  себе…  Это, может, вам поможет… 

Количество показов: 622
Выпуск:  №18 (2544) от 13 мая 2016 г.
Нашли опечатку? Выделите ее мышкой и нажмите: Ctrl+Enter