Больницу наказали за смерть пациентки

23.09.2019 
Автор: Татьяна КУТЕРГИНА
Количество показов: 588
Есть такая поговорка: «У каждого врача есть свое кладбище». Но не всегда они в этом виноваты. Бывают случаи, когда медицина действительно оказывается бессильна перед прогрессирующей болезнью. Гораздо хуже, когда, переживая боль от потери близкого человека, родные знают, что обращение к врачам было своевременным. Но медики попросту отмахнулись от пациента…
За это им пришлось заплатить. 

Родного человека это не вернет, но, к сожалению, признает семья умершей, есть только два законных способа наказать за халатность — возбуждение уголовного дела или денежная компенсация. 

ЭТО ВАША БОЛЕЗНЬ…

Виктория, дочь: 
— У мамы был сахарный диабет, она лет 20 была пациенткой Якутской городской больницы № 2. Проживала в Мархе, была очень послушной пациенткой, выполняла все предписания врача и всецело им доверяла. Сначала сахар у нее колебался в пределах 7-8 единиц, потом поднялись скачки до 13-ти и ее посадили на инсулин. Каждые две недели она ходила отмечаться и получала лекарства. Лишний вес у нее появился после рождения четвертого ребенка, пришлось принимать гормональное лечение, и с тех пор она не могла похудеть. Мама всегда была очень активной, много работала. Шутка ли, когда четверо детей, 12 внуков, только и успевала крутиться по хозяйству и на работе. 

Каждые полгода просила у терапевта направление на диспансеризацию. В августе 2017 года, прилетев с моря, где она отдыхала с внуками, стала жаловаться на изменение пищевых привычек. Сказала, что у нее появилось отвращение к мясу, прямо как у беременной женщины, очень беспокоят изжога и боли в спине. Все отметили, что мама заметно похудела. 

* * *
С жалобами пожилая женщина обратилась к участковому врачу. В ответ слышалось традиционное: «А что вы хотели?». Мол, это ваша болезнь, ваш вес. Пенсионерку положили в больницу, а выписали с анализами еще хуже, чем были при поступлении. 

Виктория, дочь:
— Мама — тактичная женщина, работала в отделе кадров, очень выдержанная. Я сейчас корю себя, что шли на поводу у врачей. Маме нужно в больницу, я ее отвезу, подожду, привезу. Мы же доверяли медикам. Она только в 2016 году перестала работать, даже после выхода на пенсию трудилась вахтером, свой дом с огородом, растила внуков. 

Два месяца ждали талон, проверить, что за боль в спине. Может, грыжа. К счастью, карточку больная держала при себе, по старинке. 
И уже гораздо позднее, разглядывая записи, близкие родственники удивлялись, что часть маминых больничных визитов была в них скопирована до запятой. Несколько месяцев женщина при ухудшающемся самочувствии исправно ходила в больницу и теряла вес. За 4-5 месяцев она похудела на 17 килограмм. Но и этот симптом не насторожил врачей. 

Хотя человек, болеющий сахарным диабетом, — это пациент высокой группы риска. Головокружение, тошноту и рвоту женщины списывали на все ту же «сладкую болезнь». 

Уже позже родственники вспоминали, как футболили их в государственных больницах. Пришли на процедуру ФГДС — их отправили восвояси с формулировкой, что пациентка не подготовлена. «Как так? Всю жизнь прохожу ее», — удивляется женщина. На следующий день едут в платную клинику и все спокойно делают. В НЦМ нашли грыжу пищевода, предложили оперироваться. 

ДИАГНОЗ ПО «ВАТСАПУ»

Видя, что маме становится хуже, родные решили искать помощи за пределами республики. Как раз в Санкт-Петербург по своим делам поехал один из ее сыновей. И сестра, переслав результаты обследований по «ватсапу», попросила его сходить к какому-нибудь хирургу или гастроэнтерологу на заочную консультацию. Чем не телемедицина? Питерские врачи засомневались в диагнозах якутских коллег. Рекомендовали сделать КТ с контрастом и УЗИ брюшной полости. Со слов родных, в нашем городе очередь на него нужно «три года ждать». УЗИ сделали в частной клинике. Женщине было больно даже от прикосновений датчика. Врач-диагност уточнил, давно ли пациентка болеет. И сказал, что обнаружил образование, но не факт, что это онкология.

К слову, у женщины были повышены онкомаркеры, вот только никто на это не обратил внимания. 

ГРУСТНЫЙ ПРАЗДНИК

Наступили праздничные дни Нового 2018 года. И только в семье Виктории было невесело. 5 января маму увезли в РБ № 2 с подозрением на панкреатит. Врачи приняли хорошо, положили в хирургию, сделали обычную компьютерную томограмму. Женщину прокапали, чтобы снять острое состояние. Тем временем родные сбились с ног, готовы были купить контрастное вещество, чтобы сделать КТ. 
Сделали…

Виктория, дочь:
— Когда врач позвала меня и зачитала результат, помощь пришлось оказывать мне. Организм впал в шоковое состояние и отказывался воспринимать слова, началась истерика. Диагноз пришлось слушать другому человеку. Рак поджелудочной железы, 4-я стадия, метастазы везде… Шансов нет. 
Если хотите продлить маме жизнь и есть возможность, везите ее в центральные институты. В этот день, сославшись на капризы младшего ребенка, я так и не смогла зайти в палату. Вечером по телефону мама сказала, что к ней приходил онколог, мол, так положено при подозрении на опухоль. Пошутила: «Доча, если у меня рак, я его сварю и съем». 

МАКСИМУМ ПОЛГОДА

Забрали маму из больницы, купили новую одежду на несколько размеров меньше и улетели в Москву. Были в трех лучших институтах, в том числе Вишневского и Герцена. Маму снова обследовали. Дочь и сыновья с удивлением узнали, что у нее не было инфарктов, вообще нет рубцов на сердце, как было указано в ее медицинской карте. 

Узнали, что при свое­временной диагностике шансы на жизнь при раке поджелудочной железы у пациентки… были. 

Брат взял на себя тяжелую миссию сообщить маме о диагнозе. Да она и сама уже догадывалась, стоило посмотреть на лица своих детей. Она отказалась от химиотерапии, сказала, что хочет дожить свои дни спокойно. 

Врач написал схему приема и дал свой страшный прогноз: «полгода, три месяца или два дня, но не больше». 

В Якутск вернулись в конце того же января, сходили в онкологию, показали бумажки. Пока мама была еще жива, обратились к адвокату. Видеть терапевта, к которому она ходила столько месяцев, женщина не захотела. Вместо нее на прием пошла дочь. На месте врача сидел молодой, лет 23-24-х, парень. Ничем он помочь уже, конечно, не мог. 

Виктория, дочь:
— Мы в частном порядке нашли людей, которые ставили капельницы, до последнего дня мама сама себя обслуживала, никаких памперсов. Родные хотели устроить в паллиативное отделение, но мы отказались. Мама ушла от нас в апреле. В чистый четверг попросила помочь принять душ, соблюсти традицию, затем успела покормить внука кашей… На следующий день поехала в больницу. В понедельник умерла. 

МАМУ НЕ ВЕРНЁШЬ

А затем начались суды, где больница долго отбивалась от признания своих ошибок. И уж тем более от компенсации морального вреда, ведь пациентка умерла, а при чем тут ее взрослые дети?.. 

В суде было доказано, что пожилая женщина состояла на учете по сахарному диабету с 1996 года. И начиная с мая 2016 года по январь 2018 года жаловалась на ухудшение состояния здоровья. С августа 2017 года постоянно пила обезболивающие таблетки. За год с небольшим потеряла свыше 30 кг веса. Комиссия Минздрава республики установила «бездействие врачей, допустивших, что болезнь достигла критической стадии». Несмотря на то, что права покойной были нарушены, судья не нашел прямой причинно-следственной связи между несвоевременным установлением правильного диагноза и смертью пациентки. Таким образом, привлечь к ответственности врачей, проявивших преступную халатность, не удалось. 

Зато удалось доказать моральный ущерб, понесенный дочерью умершей женщины. И это на самом деле редкий случай. Когда суд принял во внимание страдания родных, которые испытали сильнейший стресс, видя, какие муки на протяжении нескольких лет испытывал их близкий человек. Вместо миллиона рублей суд счел уместной сумму в четверть миллиона и частичную компенсацию услуг юриста. 
Решение суда устоялось и уже вступило в законную силу.

Виктория:
— Мы решили обнародовать свою историю, вдруг кому-то это поможет. Тут по-другому наказать нельзя. Либо посадить, либо рублем. Маму не вернешь.

Количество показов: 588
Выпуск:  №37(2717) от 20 сентября 2019