Записки врача

26.05.2020 
Количество показов: 282
Уважаемые читатели, сегодня мы публикуем вам отрывок из будущей книги о такой важной и трудной работе врача анестезиолога-реаниматолога. Об их, без сомнения, титанических усилиях, ежедневных победах и пациентах. 
Из дневника врача

30 марта 2019 года 

Сегодня был крайне суматошный день. С утра с Вилюйского тракта привезли пострадавших после крупного дорожно-транспортного происшествия. Молодые люди в пьяном состоянии решили покататься по трассе. Их с утра было трое, к вечеру, когда я уходил домой, осталось двое. У погибшего были травмы, не совместимые с жизнью. Как только скорая довезла? Больного сразу подняли в операционную, где параллельно проводились операция и интенсивная терапия. Была травма головы с образованием внутримозговой гематомы с нарастанием отека головного мозга, тупая травма живота и груди, массивное внутреннее кровотечение. Работали несколько хирургических бригад: нейрохирурги, хирурги, травматологи, а анестезиологи-реаниматологи балансировали между проведением наркоза (обезболиванием), восполнением кровопотери (переливали донорскую кровь), сохранением работы жизненно важных органов и систем. К сожалению, не спасли. Он скончался на операционном столе. Двое его товарищей живы, и надеюсь, все будет хорошо. 

К середине дня меня вызвали к заместителю главного врача: 
— Добрый день!
— Георгий Иванович, на вас поступила жалоба от пациентки Гатиловой. Помните такую? Месяц назад вы проводили ей анестезию. После выписки у нее образовалось воспаление вены, там, где стоял периферический катетер. 
 — Да, помню. Ну так ведь мы ей жизнь спасли. Поступила ночью с ножевым ранением. У нас в отделении пролежала всего двое суток и перевелась в хирургию. 
 — Надо написать объяснительную. 
— Ясно.
Конечно, я помню эту больную. Поступила в приемное отделение в час ночи. Во время драки около ночного клуба ее порезали ножом. Была экстренная операция. На следующий день лежала у нас, как умирающий лебедь, все просила отпустить ее домой. Ну как так? Мы спасаем, а в итоге сами же виноватые? Но осложнение есть осложнение. 

Вечером пришел домой. Жена у меня работает ветеринарным врачом, а дочкам-двойняшкам по три года. Они только начали ходить в садик. Зовут их Пташка и Милашка — это их любя. «Папа, папа, завтра выходной день! Нам так сказала наша воспитательница», — начала Пташка. «И завтра у мамы день рождения, ты ведь на работу не пойдешь?» — продолжила Милашка. Я не мог ничего им ответить, так как на завтра мне предстояло суточное дежурство. Очень жаль… По сути, жаль бывает каждое утро, когда мои девочки обнимают и говорят, что очень любят и ждут меня. Будь моя воля, я бы оставался дома каждый день рядом с ними. Жена говорит, что любит во мне врача, но не знаю — надолго ли. Ведь меня нет дома практически все праздники и выходные. Меня нет, когда я ей нужен… Завтра у нее день рождения, а я ухожу на суточное дежурство. Раньше я очень любил праздники, но, начав работать в реанимации, как-то эта любовь у меня прошла, так как в праздники возрастает процент поступлений с различными травмами, и работы всегда на порядок больше. 

10 апреля 2019

Сегодня ко мне приставили молодых врачей — ординаторов. Это правда забавно! Вроде сам только был студентом, а теперь стал учителем. Мне хочется передать все самое лучшее в профессии, которому научили меня мои первые кураторы и преподаватели. Они всегда говорили: «Можно и обезьяну научить интубировать, важно другое». А другое — это умение продумывать следующие ходы и предвидеть возможный результат. Клиническое мышление, однозначно, приходит с опытом. Моих ординаторов зовут Илья Тихонов и Володя Николаев. С утра до вечера ходили за мной хвостом, спрашивали, просились выполнить интубацию, канюляцию центральных вен. Надо сказать, им сегодня очень повезло, и мне тоже. 

Звонок в ординаторскую:
— Алло, реанимация! Срочно в приемную! Больной потерял сознание и не дышит! 
— Ясно, бежим, — ответил я. 

Уже через пару минут мы вместе с медсестрой были в приемном отделении. Я даже забыл о своих ординаторах. Однако они сами побежали за нами. Смотрю, на каталке лежит больной, лицо синее, а во рту рвотные массы. Сознания нет, глаза закатил и ни на что не реагирует. Дыхание резко ослабленное. Артериального давления почти нет. Я своей медсестре: «Нужен отсос! Быстро готовь на интубацию трахеи!». «Все готово», — ответила Аллочка, одновременно протягивая мне отсосную трубку и ларингоскоп. В это время Илья с Володей подключили больного к монитору, поставили систему и начали капать. В какой-то момент больной дал остановку сердца. Володя вскочил и без указания начал проводить непрямой массаж сердца. Я успел сказать лишь: «Давай, давай, молодец. Держи ритм». Тем временем медсестра набрала и поставила адреналин, Илья дышал больного через мешок «Амбу». Таким образом, мы довезли больного до реанимации, где сдали палатному врачу. А что было? Больной поступил с болями в животе в состоянии глубокого алкогольного опьянения, на фоне чего наросло нарушение сознания и произошла аспирация рвотных масс в дыхательные пути. Благодаря своим помощникам, мы спасли больного. Один бы я потерял много времени, что, конечно, могло отразиться в конечном результате лечения. Я был горд своими интернами. Они все правильно сделали чисто технически, а еще я увидел в них рвение и желание помочь больному. Чистые эмоции, конечно, подделать нельзя.

Наталья ИВАНОВА, врач анестезиолог-реаниматолог

Продолжение следует
Количество показов: 282
Выпуск:  №19(2750) от 22 мая 2020