Жизнь - сон

26.03.2012 
Количество показов: 373
Во вторник в Театре юного зрителя состоялась премьера нового спектакля художественного руководителя, режиссера Алексея Павлова «Олох диэн тµµл» («Жизнь-сон» – авт. пер.)
Спектакль поставлен по мотивам произведений великого якутского поэта, писателя Алексея Кулаковского и посвящен 100-летию его знаменитого письма «К якутской интеллигенции». В представлении заняты Заслуженный артист РС(Я) Дьулустаан Семенов, Отличники культуры РС(Я) Юрий Афанасьев, Семен Аммосов, Изабелла Егорова, Федот Львов, артисты Анна Флегонтова-Иванова, Екатерина Семенова, Николай Протасов и другие. Спектакль ориентирован на широкий круг зрителей.

После просмотра дать однозначную оценку представлению оказалось сложно. Начальные сцены шокировали, следующие – возмутили, а после – и вовсе получился смех сквозь слезы. По суждению режиссера, я была готова к представлению в традиционном национальном стиле о красоте и богатстве нашего языка и культуры, которые необходимо сохранить. Но на сцене увидела действо, очень близкое к экспериментальному молодежному спектаклю, – действо, смысл которого, с одной стороны, обнажает глубокие философские темы человеческого бытия, с другой - шокирующий приемами, использованными для достижения поставленных целей.

Спектакль начался с того, что нас, зрителей, «террористы» взяли в заложники. Они же «заминировали» зрительный зал. Но вместо взрыва сцена с минированием сменилась картинками на экране, где лидер ЛДПР Владимир Жириновский грозится переселить малые народности к берегам Северного Ледовитого океана.

Картинка за картинкой, сцена за сценой сменяют друг друга. Вот пыхтит, несется во весь опор в Якутию железнодорожный состав. А с ним и многочисленные званые и незваные гости республики. На сцене китайские торговцы. Их танец сменяет знакомая картинка с рынка «Столичный»: китайцы торгуют подделанными якутскими национальными украшениями и одеждой. Их под зажигательную лезгинку сменяют дети гор. Снова рынок, но теперь яблоки и фрукты… Шаманы сверху бьют в бубны, пророчествуют о грядущей гибели якутов под натиском других народов. Появляется ощущение какой-то националистической нотки в сюжете. Мол, понаехали, истоптали, исковеркали. Не успеваю возмутиться. А на ступеньках уже парень в тюбетейке. Под восточную музыку он вспоминает родину, горы и тихо утирает набежавшие слезы. На вопрос, почему он не уезжает, он отвечает, что нужно отправлять деньги матери и отцу. Завершается сцена тем, что парень-якут и гость из Кавказа едят из одной плошки. В этой сцене – мировоззрение Кулаковского, отождествлявшего выживание маленького народа в технократичном и жестоком современном мире посредством установления дружбы, объединения с другими народностями.

Не только лица и национальности сменяют на сцене друг друга, но и музыка, под которую разворачиваются такие события, в которых без труда угадываются все особенности существующих нравов, пороков общества. Пьяная толпа в драке убивает такого же пьяного бедолагу, уснувшего на дороге. Ни за что. Трясущаяся в конвульсиях тяжелого рока молодежь на мелкие кусочки рвет рисунок маленького мальчика. Тем временем зал то содрогается от звуков тяжелого рока, то тонет в бандитском шансоне. Этот сумасшедший вертеп резко прерывается умиротворяющей картинкой из размеренной жизни сельской семьи. Мать в ожидании будущего ребенка, отец вечно занятый в хозяйстве и сын, еще очень далекий от пороков цивилизованного мира, искренне верящий, что мир вокруг такой яркий и добрый. И вот он получает первый урок зла – порванный рисунок, в котором он с такой любовью изобразил свой дом, маму и папу, а рядом зеленое деревце, яркое солнышко и голубое-голубое небо… Мальчик плачет. А зал снова разрывают звуки рока, которые сменяются восточным танцем, затем ритмами рэпа и техно. В какой-то момент парень с медалями на груди в инвалидной коляске пытается сфотографировать девушек в восточных костюмах…

Между тем песочные часы все отсчитывают и отсчитывают убегающее время, давая понять, что жизнь быстротечна, а окружающий нас мир со всеми его пестрыми красками и многообразием, такой хрупкий.

* * *

Не перестаю удивляться умению режиссеров ТЮЗа экспериментировать с пространством, вовлекать зрителя в действо, используя все уровни театрального зала. Сразу же интерес вызвало то, что на сцене расположились зрительные места, а на месте зрительного зала оборудовали сцену. Еще выше - на верхних технических подмостках сцены, буквально под потолком, расположились шаманы. Такой прием очень удачно создавал ощущение трехуровневого пространства – нижнего, срединного и верхнего миров. С переменой мест сразу же возникло ощущение сопричастности к происходящему на сцене. Стремительному погружению в спектакль способствовали не только смешение эпицентра действия спектакля, но и другие театральные приемы. Одним из них можно назвать абсолютное отсутствие границ между спектаклем и зрителем. Это и террористы, внезапно появившиеся в зрительном зале и своим грозным видом, лязгом оружия буквально ошарашившие публику, или беременная женщина, между эпизодами расспрашивающая зрителей о житье-бытье и задаривающая их конфетами. В том же ключе выступают… деньги, сыплющиеся на зрителей сверху, или «мутанты», требующие у зрителей воды. Эффект присутствия усиливается раскатами шаманского бубна, под которые разносятся по залу пророческие слова поэта о грядущей войне, природных катаклизмах, гибели маленького северного народа в результате миграции населения земли. Пророчества поэта стали лейтмотивом и связующей нитью ко всему происходящему на сцене. Очень удачно, как мне кажется, была использована и песня Анастасии Варламовой «А5ам алааhа». Проникновенные слова о малой родине, ее лиричная мелодия, виды сенокоса, природы, разрывающиеся лязгом железа и ритмами рока, давали четкое понимание того, что в этом мире вечно и ценно, а что суетно. Несмотря на название «Жизнь-сон» театрализованное представление утверждает, что жизнь очень богата событиями и яркими красками, и в этом многообразии главное – не забывать о вечном, беречь свой духовный мир. Как говорил поэт, только культурный человек может уважать другую культуру, любить мир и жить полноценной жизнью.

– В театрализованном представлении использованы отрывки из произведений разных произведений Алексея Кулаковского, в том числе «Сновидение шамана», - поделился режиссер Алексей Павлов. - Главная идея спектакля - донести до зрителя мысль о необходимости сохранения родной природы, бережного отношения к своему родному языку и исконным традициям. Общество развивается, границы расширяются. Уже никто не остановит миграцию населения в малонаселенные места. В этих условиях только посредством воспитания духовной культуры человека мы можем противостоять натиску других культур и донести до будущих поколений свой язык, обычаи и традиции, - сказал в коротком интервью автор спектакля.
Количество показов: 373
Выпуск:  № 22 от 23.03.2012 г.