Про розовых феечек, пляж и странно

22.07.2015 
Автор: Алена Максимова
Количество показов: 891
Наследный принц явился от бабушек подросшим, загоревшим, потолстевшим и обнаглевшим. Ведет себя так, будто ему не каких-то вот-вот девять, а все солидные четырнадцать.  

Он теперь лучше знает, как ему лучше. И девочки во дворе, подумать только, завидев его, роем розовых феечек слетелись под наш балкон. Стоят там, вопят пронзительно:

- Ты приехал, да?!

- Приехал! – важно отвечает новоявленный Казанова. А то, не очевидно, что приехал: вот же, стоит себе над стаей феечек загоревший, покрупневший и преисполненный достоинства не по возрасту.

- А ты гулять выйдешь?

- Выйду!

 Идет. Феечки роем за ним. Облепляют  и щебечут. Уселся на качели посреди этого цветника, цветник давай его раскачивать десятком загорелых тонких рук-стеблей. Мы с мужем и котом посмотрели на это с балкона, подняв удивленно брови. Мда, что нас ждет, когда четырнадцать станут настоящими, не представляю.

Вообще-то у девочек без шансов. Он уже сделал выбор и предложение. И советовался с папой, когда пора переходить к решительным действиям. «Если девочка тебя уже сама поцеловала, то не тормози! - посоветовал ему супруг. - Целуй ее тоже! Тебе зеленый свет!»

А юный Казанова, получив карманные деньги, пошел и накупил на них машинок хот-вилс.   И на пляже строил для них трассу и гараж из песка. Какие девочки, боже мой, когда мужчина занят таким серьезным делом?

Страшилки про городской пляж делают свое дело: староста подъезда буквально вчера рассказала, как ей рассказали, что кто-то видел, как там моются бомжи, причем некоторые из них тут же стирают обкаканные подштанники. Еще в прежние годы там находили разнообразные кишечные палочки и прочие радости микробиологов. Еще это стекло в песке. И компании, которые, снимаясь со стоянки, как целый кхаласар, оставляют после себя только упадок и разорение. Точнее, пустые бутылки и пачки из-под сигарет. Донести оное до урны гордым дикарям религия не позволяет, понятно.   Пляж с каждым днем зарастает этими пивными бутылками, речка облизывает их, утягивая на дно то, что смогла унести за собой.

Вести ребенка на такой пляж? Боженька упаси!

Но жара вносит свои коррективы. Смысл жить на одной из самых экологически чистых рек России, если не только воду из нее пить нельзя, но и купаться в ней не рекомендуется?

Да и кто ее всю проверял? А? Где гарантия, что сотней километров выше по течению в нее не выплеснули помойное ведро? Не пописал бомж? Не разложился кто-то несчастный, застигнутый смертью на мокром песке? Никаких гарантий. И что там на дне реки, мы тоже не знаем. И на дне любого из морей. И  что же теперь, вообще не купаться?

Мы с мужем выросли в поселке, который окружен двумя заводами и двумя зонами. И все детство купались там в реке без особых последствий для организмов.

«Так может, бог с ними, со страшилками про пляж?» – борется во мне жара с яркой картинкой обкаканного бомжа, вымывающего подштанники среди радостных детских рожиц. Но вода на пляже проточная, хоть это и не очень заметно. Понадеявшись на то, что все палочки и другой зоопарк для микробиологов сносит течением в сторону речпорта, веду семью на берег.

Наследный принц, позабыв о своей важности, стремительно скидывает одежку и налет цивилизации вместе с культурным слоем и немедленно  превращается в человека-обезьяну. Пищит, визжит, хохочет и всячески выражает счастье, прыгая бомбочкой с папиных широких плеч. БУЛТЫХ! Брызги во все стороны, восторг. 
Табличка «купаться запрещено». Стоянка древнего человека, отмеченная курганом пустых банок из-под пива. Голопопая малышня за ручку с родителями бежит в волны. Студентки кокетничают с горячими якутскими джигитами. Те хвалятся перед красотками удалью, по очереди делая сальто с разбегу и устраивая борьбу.

Лето, Якутск, плюс тридцать пять, купальному сезону осталось царствовать полторы недели. Сейчас странно, что посреди этого солнечного великолепия, прямо вот на этой самой воде несколько месяцев назад стояли в тумане сказочными богатырями ледяные скульптуры. И будут там же другие такие же еще через несколько месяцев.

…На остановке плачет иссушенная старушка, пальцы, как прутики. Рыдает натурально, будто ей восемь: не узнает местности. «Где-то тут дом дочки, но автобус проехал мимо остановки, - сквозь плач говорит она в жару, а все идут мимо, у всех дела». Я из-за беременного пуза быстро ходить не могу, только поэтому услышала.

- Автобус проехал не мимо, просто остановку перенесли, - говорю старушке.

- Утром была на своем месте! – возражает она. Остановку перенесли давно, но видимо, старушка настолько древняя, что для нее и сегодняшнее утро и десять лет назад – по сути одно и то же.

Нужный адрес она знает, это уже хорошо. Дубльгис показывает, что искомый дом буквально в тридцати метрах. «Пойдемте, я вас провожу», - говорю старушке. Та воробьится, ковыляя со своей палочкой,  на водителя автобуса, на кондуктора и на тех, кто внезапно в одно утро перенес остановку. Потом  - о радость! – узнает аптеку, прибавляет шаг к нужному дому.

Странно, что не так уж давно она розовой феечкой кричала кому-то: «Ты приехал, да? Ты выйдешь?!» И целовала, зажмурившись, мальчишескую щеку, пахнущую полынью и горячим солнцем, а тот, герой, уже посоветовался с папой и делает ей предложение: «Жить пока будем в моей комнате, а с детьми до конца начальной школы подождем».

Почти так же странно, как ледовые фигуры посреди исходящей зноем протоки.
Количество показов: 891
Выпуск:  №80 (2454) от 17 июля 2015 г.
Комментарии