Что в имени тебе моем?..

06.08.2020 
Количество показов: 321
Как ни странно, но многие могут получить ответ на этот вопрос из стихотворения Пушкина в церковных метрических книгах, своего рода летописи народонаселения Российской империи XVII и последующих веков. Они были и остаются единственными сохранившимися документами тех лет. И сейчас церковные метрические книги являются источниками для исследований. Причем не только ученых, но и обычных граждан. 

Родословную может составить каждый

Так, Национальный архив РС(Я) и его филиалы предлагают гражданам услуги по составлению родословных. Но из-за повышенного спроса у граждан на эти услуги, а затем из-за вспыхнувшей пандемии коронавируса, работа архивных сотрудников и самих граждан по составлению родословных пока приостановлена на неопределенный срок. Но интерес у проживающих в республике — кто мы, откуда, чьи наши предки — остается высоким. А в недалеком нашем прошлом, во времена СССР, церковные метрические книги были недоступны широкому кругу даже историков-исследователей, не говоря уж о простых гражданах. 

— В советское время изыскания по истории народонаселения, истории церкви и многие другие вопросы не признавались актуальными в силу идеологических и политических установок. Таким образом, в тематике исторических исследований российских ученых образовались лакуны (от лат. «углубление», «впадина»; в филологии — пропуск текста в рукописи. — От ред.), ставшие особенно заметными на фоне трудов зарубежных коллег, — утверждает кандидат исторических наук, научный сотрудник Института гуманитарных исследований и проблем малочисленных народов Севера СО РАН Екатерина Строгова. Ее научные интересы — история, археология и этнография русских старожильческих групп арктических регионов, проблемы генезиса и этнокультурной адаптации этих этнографических групп. Екатерина Алексеевна — автор около 50 научных работ. К тому же она директор музея города Якутска, правда, пока существующего только на бумаге. Увы, но таковы реалии. 

В 2006 году в журнале «Якутский архив» вышла статья, исследование Е. Строговой, посвященное церковным метрическим книгам как историческим источникам (XVIII – XIX вв.). Предлагаем нашим читателям ознакомиться с наиболее интересными отрывками из этого исторического исследования. 

Как отмечает Е. Строгова, в последнее десятилетие появился ряд источниковедческих работ, в основном, сотрудников архивов, о документах церковного учета различных епархий России. К сожалению, историки Якутии до сих пор не обратили внимания на этот своеобразный, но ценный источник информации. Даже такие крупные исследователи — Ф. Г. Сафронов, Г. П. Башарин, Е. С. Шишигин, — изучая различные проблемы истории Якутии и ее народов, все же обошли вниманием документы церковного учета.

«На сегодняшний день только Инна Игоревна Юрганова в одной из глав «Истории Якутской епархии 1870–1919 гг.» подчеркивает большую ценность документов церковной статистики как исторического источника», — отмечает исследователь этой темы Е. Строгова. 
Что хранится в архивах Якутии?

Как отмечают специалисты, в материалах фондов Национального архива РС(Я) сосредоточена основная масса документов церковного учета. Так, фонд 226-и содержит метрические книги 127 церквей, включая церкви, расположенные на Чукотке, Камчатке и в Приморье, т. к. эти территории подчинялись ведению Якутской и Камчатской епархий. Сохранившиеся документы охватывают период с 1782 по 1921 годы. Разумеется, что разные годы отражены с различной полнотой — менее полно за ранние годы, более полно за XIX век и первые годы XX века и снова менее полно, по понятным причинам, за период с 1918 по 1921 гг. 

Как же выглядели внешне метрические книги? 

Каждый советский гражданин из кадров кинохроники и кинофильмов примерно представлял, что представляют собой церковные метрические книги. Это такие толстые книги с переплетом, куда при свете свечи поп записывал имена родившихся, кто его родил и от кого. 

А вот что говорит кандидат исторических наук Екатерина Строгова:

— Внешне метрические книги XVIII века представляют собой тетради размером в половину или в ¼ листа, разграфленные от руки. На первой странице каждой тетради расположена надпись, сообщающая, в какой церкви и в каком году составлена метрическая книга. Например, «Тетрадь метрическая, данная из Якутского духовного правления Кангаласской Покровской церкви священникам на записку рождавшихся, бракосочетавшихся, умиравших обоего пола людей 1798 года». Согласно установлениям «Духовного регламента», метрическая книга делилась на три раздела: «О родившихся», «О браком сочетавшихся» и «Об умерших», причем каждая имеет свои особенности.

«О родив­ших­ся»

Эта часть предварялась следующим заголовком: «…тако ж которые младенцы не получившие крещения, померли с приписанием вины, коей ради младенец лишен всякого крещения». Таким образом, выражалось то огромное значение, какое церковь придавала и придает таинству крещения. 
В первой колонке этой части метрической книги регистрировались число и месяц крещения, во второй колонке — порядковый номер отдельно для детей мужского и женского пола, в третьей колонке содержалась собственно метрическая запись, где сообщалось о месте рождения; социальном статусе; имени и фамилии отца; поле ребенка; имени, данном ему при крещении; о социальной принадлежности, именах и фамилии восприемников (крестных родителей) ребенка. Например, «У якутского воеводы господина полковника Данилы Озерова родилась дочь, во святом крещении наречена Наталья, восприемниками были: отцом ево сын Симеон, матерью бывшего капитана Ивана Замашинова жена его вдова Ирина Жданова». 

В четвертой графе записи о рождении отмечалась «причина, чего ради младенец лишен святого крещения». Наиболее часто здесь встречается запись такого рода: «скоропостижно скончался и того ради лишен святого крещения». Иногда встречаются записи: «нерачением родительским помер, не получив крещения». 
Если один или оба родители не были известны, то запись о крещении выглядела так: «крещена у якутского крестьянина Петра Екимова подкидыш девка во святом крещении наречена Марфа, у коей восприемники отец крещен ясачной Матвей Матвеев Кулаковский, матерью якутского казака Якова Широких жена Матрена Иванова» или «Устьянского ведомства покойного купца Варфоломея Портнягина у дочери его девицы Матрены родился сын незаконнорожденный, а в святом крещении наречен Дмитрий». 

«Дата рождения отдельно не указывалась»

Как указывает историк Е. Строгова, в случае, если дата окрещенного существенно отличалась от даты крещения в тексте записи, то вместо слова «родился» следовало слово «крещен» и указывался возраст на момент крещения: «Зашиверского ведомства Каменного роду у крещенаго ламута Андрея Жиркова крещен сын его Софрон 16 лет» или «Хадарской волости у крещена Федора Сукнева крещены дочери Гликерия 13 лет, Елена 3 лет». 

Причем такие записи в метрических книгах нередки, т. к. церквей в Якутии в то время было еще не много, огромные приходы священники объезжали раз в два или года. И не все православные имели возможность вовремя крестить своего ребенка.

Количество показов: 321