Милые кости серого бизнеса

02.05.2015 
Количество показов: 2180
Добыча мамонтового бивня - один из самых закрытых видов бизнеса в нашей республике, по своей доходности сравнимый с торговлей наркотиками. Но если говорить только о нашем регионе, суммы, вращающиеся в бизнесе палеофауны (это не только бивень, но и скелеты древних носорогов, бизонов и других представителей древней фауны), не в разы, а на порядки крупнее скромного якутского наркотрафика.
Терра Инкогнита
То, что перепадает государству и республике в виде лицензий на добычу, - крохи, верхушка огромного айсберга. Это во многом серый монопольный бизнес. Мамонтовый бивень, если говорить о промышленных объемах, добывают только в Якутии. На Аляске и в Канаде зоны, где есть выходы бивня на поверхность, - по большей части национальные заповедники. И какая-то промысловая деятельность, тем более связанная с разрушением хрупкого полярного земляного покрова, там просто запрещена.
У нас на это закрывают глаза. Стараются молчать. Все, что там происходит, - закрытая тема. Проще увидеть, как добывается мамонтовая кость на якутских островах на «Дискавери» или «Нейшенел Джиографик», чем на местном телевидении...  Сегодня в иных заполярных населенных пунктах в сезон на добычу бивня уходит до половины взрослого мужского населения. Они и составляют дикие бригады, на которых кормятся посредники, скупщики и конечные покупатели где-то в Москве, а еще чаще за рубежом.
В целом ситуация, конечно, несколько странная. В России практически все приносящие доход ресурсы от нефти до зерна находятся под контролем, имеют хозяев и обложены по самое не могу налогами. Впрочем, такие же зоны серого бизнеса имеются в Калининградской области с добычей янтаря и в Бурятии с добычей нефрита. И тот, и другой дают хороший заработок местным жителям. И в обоих случаях янтарь и нефрит находятся под жестким патронатом криминальных структур. Наивно полагать, что с мамонтовым бивнем дела обстоят иначе...

Голубая кость Якутии
Если коснуться истории мамонтового бизнеса, то она своими корнями уходит далеко вглубь веков. Бивень из Якутии наряду с пушниной и моржовым клыком вывозили еще казаки-первопроходцы. По текстуре, цвету и плотности мамонтовая кость похожа на слоновую и считалась редким дорогим материалом, подобно благородным металлам и драгоценным камням. Её называли голубой костью. Уже в IX-X веках мамонтовые бивни, найденные в Якутии и Сибири, можно было видеть в Хорезме и других странах Востока. Торги проходили на Волге, в Булгарах, где арабские купцы скупали мамонтовую кость. При Иване Грозном добычу мамонтовой кости впервые попытались поставить под государственный контроль: каждый искатель должен был отдать в казну десятую часть найденного. Появление первых бивней мамонта на торгах в Лондоне задокументировано 1611 годом, и в XVIII веке они стали серьезно конкурировать с более дорогой африканской и индийской слоновой костью. Петербургский «Экономический магазин» в середине XVIII века писал, что бивни сибирского мамонта в Европе известны под названием «российской» или «московской слоновой кости» и шли пятым сортом в мировом ассортименте слоновой кости (насчитывающем шесть сортов). До изобретения пластмассы мамонтовые и слоновые бивни использовали для изготовления шахматных фигур, бильярдных шаров, клавишей музыкальных инструментов, табакерок, гребней.

Экспортный товар
В первой половине XVIII века ежегодная добыча мамонтовой кости в Сибири оценивалась в 50-100 пудов (примерно 1-1,5 т). Но особенно интенсивно промысел мамонтовой кости начал расти с проникновением русских восточнее Таймыра. Купец Степан Ляхов, открывший в 1770 году Ляховские острова, получил монопольное право на пушной промысел и добычу мамонтового бивня. После его смерти это право перешло к купцам Льву и Семену Сыроватским. Старшиной их артели был Яков Санников, открывший еще пару островов (как и Ляховские, они вошли в архипелаг Новосибирских островов), где он занялся тем же делом -- сбором бивней. Бизнес Сыроватских топ-менеджер Санников вел отлично, например, в 1809 году с Новосибирских островов было вывезено 250 пудов бивней.
В первой половине XIX века через якутские ярмарки проходило от 1 тыс. до 2 тыс. пудов мамонтовой кости, через Туруханск -- до 100 пудов и столько же -- через Обдорск. Цены на мамонтовую кость составляли от 20 до 60 руб. ассигнациями за пуд. В Москве, куда для разных производств тоже шли бивни мамонта, пуд стоил уже 40 руб. серебром (что было в полтора раза дороже слоновой кости). В Лондоне в 1877 году центнер мамонтовой кости оценивался от 22 до 43 фунтов стерлингов в зависимости от качества. В 1910 году цены практически были теми же: пуд бивней высшего качества стоил 40-50 руб., бивни похуже шли по 20-30 руб. По некоторым оценкам, за 250 лет интенсивного промысла в России было найдено около 46 тыс. особей мамонтов.
На протяжении веков сбор мамонтового бивня был одним из главных источников доходов сибиряков. В конце XVIII века он достиг промышленных масштабов. Первая мировая война и Октябрьская революция практически уничтожили мамонтовый бизнес: поиском останков вымерших животных в России стали заниматься в основном ученые и музейщики -- из научного интереса и желания пополнить палеонтологические коллекции.

Знаменитый «Холбос»
После революции советское государство заявило о своей монополии на недропользование: частный промысел бивня и других палеонтологических останков был запрещен. Якутский потребительный союз «Холбос» в 1922-1923 годах заготовил 56 пудов мамонтовой кости на сумму 2540 руб. 61 коп. В 1960-м «Холбос» заготовил 707,5 кг этого сырья. В 1971 году составили всего 65 кг. В 1970-х годах был некоторый рост благодаря возрождению костерезного дела и запросам авиационно-космической промышленности. Заготовительная цена на бивни в те годы была 4 руб. 50 коп. за килограмм, то есть, сдав тонну мамонтовых бивней, заготовитель мог купить новенький «Москвич-412». Но в основном сбором палеонтологического материала в СССР занимались ученые. К примеру, в середине 80-х годов автор помнит, как в средней школе села Казачье Усть-Янского улуса, на сегодня одного из мест сбора бивня, ученики 5-го класса на уроках труда занимались тем, что выпиливали лобзиками  из бивня мамонта различные фигурки. Сам бивень лежал под верстаками, как дрова в поленнице. И только в последнее десятилетие ХХ века палеонтологический бизнес вновь оказался в России выгодным. В середине 1990-х ситуация вокруг бивня мамонта поменялась кардинальным образом. Стали появляться фирмы по скупке и продаже бивня за рубеж, где в связи с запретом на продажу слоновой кости был большой спрос. В заполярье началась активная скупка мамонтовой кости. Кстати, многие первоначальные капиталы современных бизнесменов и политиков республики имеют корни именно оттуда.

Не до бивня
Как-то узаконить и привести  в порядок добычу бивня пытались еще при первом президенте Якутии Михаиле Николаеве. Попытались и благополучно забыли. Тогда хватало забот и с куда более ценными активами и ресурсами - золотом, газом, нефтью, оловом. Масштабы добычи бивня никого не впечатляли. Тем более что зависела она от случайных людей: охотников, промысловиков, которые целенаправленно его и не искали. Улыбнулась удача, подобрал и продал. Продлилось это недолго. Спрос диктует предложение. Появились артели, имеющие спецоборудование, вездеходы, акваланги, гидромониторы для размыва  почвы или береговой линии, спутниковые телефоны для связи с заказчиками и вызова транспорта от вертолетов до морских судов. Тонны бивня уходили из Якутии транспортными самолетами прямиком в Москву или на подмосковные аэродромы. А то и минуя всякую таможню морскими судами, которые забирали груз прямо с южного берега моря Лаптевых...

Продолжение следует...

Количество показов: 2180
Выпуск:  №46 (2420) от 30 апреля 2015 г.
Комментарии