Не очень страшная история

Не очень страшная история
Это снова история о даче, но, в отличие от предыдущих аналогичных историй, не сказать, что «страшная». Правда, как и требует тема рубрика, из мистических.
Эту маленькую уютную дачку теперешние хозяева купили случайно и очень удачно (как думали), то есть намного дешевле ее стоимости.  Судя по всему, она, то есть дача, несколько лет пустовала, об этом говорил ее несколько запущенный грустный вид. Скорей всего, сюда наведывались в начале лета, так сказать, на открытие шашлычного сезона и чтобы убрать урожай с кустов черной и красной смородины в конце лета.
Несмотря на все это, дача была очень и очень симпатичной, стояла на расстоянии от других строений окруженная небольшим лесочком и напоминала детский рисунок акварелью. В начале июля следующего года двор дачи огласился веселыми криками детей новых хозяев, чисто вымытые окна засверкали на солнце, были повешены свежевыстиранные занавески (те же, от прежних хозяев), двери распахнулись настежь. В общем, начались дачные будни. У матери-учительницы начался длинный летний отпуск, отец каждый день приезжал из города, дети, один дошкольник, другой первоклассник, городские дети, вовсю наслаждались летней свободой на свежем воздухе. 
* * *
Ну а теперь о прежних хозяевах этого дома. Это была пожилая пара, в последние годы жившая на даче с мая по сентябрь, до первых заморозков. В последние два года женщина была парализована после инсульта и была лежачей. Ухаживал за ней муж, сам ходящий еле-еле по причине плохого зрения. Сыну было около сорока или чуть больше, на дачу он приезжал один раз в неделю, привозил продукты, пил чай с отцом и сразу уезжал, вечно торопился, хотя спешить особо было некуда: дети выросли, где-то учились, в родной город приезжали нечасто, жена летом работала, дачную жизнь не любила – комары и мошки, уборная на улице,  горячей воды нет. Эти герои не имеют отношения к этой истории, потому не буду более упоминать их. 
Главная героиня в данной истории была женщина. В молодости она была очень яркой, причем внешность имела довольно средненькую. Но, видимо, когда-то, может быть, в раннем детстве, кто-то ей внушил, что она красавица, и она в это безоговорочно и сразу поверила. С тех пор она вела себя и жила  как роковая красавица. Причем не без успеха, вокруг нее постоянно вились самые разные мужчины – от безусых прыщавых юнцов до каких-то проеденных молью лысоватых субъектов. Как и подобает красавице, она была страшной модницей, предпочитала яркие цвета, носила широкополые шляпы, их у нее было великое множество. Но главным в ее образе были всевозможные бусы, браслеты, колье, серьги, причем довольно массивные. Это сейчас такие украшения в моде, а тогда, во времена молодости этой дамы, слишком ярко одетая, слишком ярко накрашенная (намалеванная, так говорили про нее), с позвякивающими и бренчащими браслетами и серьгами женщина приводила окружающих в некоторый шок. Если говорить простым языком, люди таращились на нее всегда и всюду. Сама же она гордо говорила: «Я снова произвела фурор!» 
Официальным мужем был тот, который за ней так преданно ухаживал – первый и… последний. Почему с многоточием, объясняю: в середине, когда она, так сказать, вовсю цвела и пахла, у нее было четверо или пятеро гражданских мужей, с которыми она проживала в среднем по два-три года, не более. С одним из них, иностранцем, она уехала на ПМЖ  на его родину в Европу. Знакомые и подруги просто диву давались: что этот иностранец в ней нашел?  
В общем, уехала, улетела, как тучка золотая, бросила мужа, с которым почему-то не оформляла развода, не остановил даже сын-подросток с его переходным периодом. В первое время изредка звонила, посылала какие-то открытки, однажды пришла посылка. Затем – тишина, ни звука, ни известий, как будто камень в воду бросили. Муж и сын, отбракованные этой дамочкой, как-то жили, не помирать же. Родня пыталась женить мужика, тогда он еще был мужчина в расцвете лет, хоть и со слабым зрением, слепошарый, как говорится. Но ни одна из претенденток (к слову, среди них были женщины намного моложе и лучше во всех отношениях этой женщины) ему то ли не нравилась, то ли он был из породы мазохистов – чем тяжелей наказание, тем им милей… Мужчина ждал свою Раечку, единственную и неповторимую, видимо, это была любовь, он любил ее такой, какая она есть, со всеми ее недостатками, с ее гремящей бижутерией, нелепыми нарядами и прочей ерундой. Он верил: она непременно вернется, как возвращалась до этого. 
И что выдумаете? Несмотря на прогнозы, в один поистине прекрасный для нашего героя день она вернулась. Поджав хвост, виновато потупив взор, она нарисовалась на пороге когда-то брошенного дома со своим заграничным чемоданом – вот  и все, что досталось ей от иностранного мужа. Не сошлись во взглядах, все-таки у нас менталитет разный, рассказывала она потом, хотя правда была более жестокой: надоела, нашел другую, помоложе и просто купил ей билет до Москвы. Без знания языка, денег в чужой стране что будешь делать, пришлось вернуться. 
Немного отдохнув и почистив перышки, стала оглядываться в поисках другого, более интересного мужчины, горбатого, как говорит народная мудрость, могила исправит. Однако, к ее немалому удивлению, желающих что-то не было. Она не понимала или не хотела понять: поезд-то ушел давным-давно. Уже и сын женился, жена беременная ходит. А сама она просто жалко выглядит – отчаянно молодящаяся тетка пожилого возраста в коротких шортах и паклей обесцвеченных волос на голове, если подойти близко – просвечивает розовая лысина.  Осознание, что молодость прошла, приходило к ней постепенно, затем женщина стремительно стала дряхлеть, перестала краситься, подступили болезни. После первого инсульта еще ходила, подволакивая ногу, после второго уже не поднялась. Что странно, почти у всех таких больных сильно портится характер, а у нее, наоборот, стал намного лучше. Может быть, наконец-то она поняла кто есть кто и, лежа на кровати,  по-доброму смотрела на мужа, улыбалась ему светло и ясно. И муж, этот преданный и уже слабо видящий человек, был счастлив. Его Рая, Раечка теперь принадлежит только ему!  
Но однажды в один ненастный осенний день она не открыла глаза. Он не сразу осознал, что жена ушла насовсем. Может, он тогда тронулся умом, потому никому не сказал о смерти жены, так и жил с мертвой женщиной в одном доме в течение довольно длительного времени. Сын, как обычно, приезжал, но в комнату матери не заходил. Что странно, запаха тления не ощущал, не почувствовал в поведении отца странности. 
Потом, конечно, все раскрылось, мать быстро похоронили, отца увезли в город, где и он вскоре умер. 
* * *
Через некоторое время новые хозяева стали слышать по ночам посторонние звуки и шорохи, кто-то как будто передвигал стулья, гремел посудой и звякал чашками. Иногда слышалось старческое кряхтение, кашель, вздохи… И жена, и муж – оба слышали все это. Но почему-то это их не пугало, никаких мыслей о том, что нужно уезжать, бежать отсюда, не возникало…

Количество показов: 341
Автор:  Яна Протодьяконова
Выпуск:  №33 (2610) от 24 августа 2017 г.
Нашли опечатку? Выделите ее мышкой и нажмите: Ctrl+Enter