Арангас шамана Эргиса

17.11.2018 
Количество показов: 73
Эргис – великий ойуун и предок жителей Западно-Кангаласского улуса (ныне Хангаласский) – был похоронен в 15 километрах от Покровска, в низовьях речки Покровка.
Как гласит народная молва, арангас* великого старца дважды чуть не обрушился под влиянием времени. И каждый раз об этом предупреждал не кто иной, как сам великий шаман Эргис. Подъехав к балагану ближайших кровных родственников на ослепительно белой лошади, одетый в белоснежный длинный сагынньах* шаман стучал тростью  по первой правой перекладине дома, говоря: «Дети мои, дом мой пришел в негодность и вот-вот упадет, пришло время построить новый и перенести туда все мои вещи!»
Таким образом арангас переносили два раза. На третий раз  – это совпало с началом советской власти –  из-за страха перед коммунистами потомки шамана не отважились заниматься этим делом. В это время в одной деревушке, расположенной как раз в тех местах, скончался какой-то человек. Священник Покровской церкви должен был ехать, чтобы отпеть покойника. Естественно, что в те далекие времена единственным транспортом были лошади. И любой мальчишка чуть старше 12-13 лет мог править лошадью и выступать в роли возницы. Видимо, взрослые мужчины оказались занятыми, и править лошадьми поставили одного такого мальчика. Это случилось за два года до революции, где-то в году 1915-м. Стоял прекрасный весенний день месяца, когда «держат на привязи жеребят» - кулун тутар ый. Снег уже начал темнеть на солнечных местах, но ночи были еще по-зимнему студеными. 
Подъехав к верховью речки Покровка, к местности Молдьо5ой, сделали остановку, чтобы дать передышку уставшим лошадкам, распрягли их. Батюшка, возлежавший в санях, закутанный в теплую овчинную шубу, соскочил с саней и стал разминаться, прыгать около, потом вдруг пошел по снежной целине  в сторону соснового бора и стал ломать и собирать засохшие нижние ветви.  «Ты давай, запряги лошадей и держи их в готовности! Я сейчас буду сжигать дэриэтинньика*, - крикнул  он мальчишке-кучеру. Как впоследствии с содроганием вспоминал мальчик, в это время  с северной стороны леса послышались отдаленные, гулкие удары, от которых стала дрожать земля. Постепенно звуки стали усиливаться, превращаться в раскаты грома, стоял оглушительный грохот. Эти звуки, ни с того ни с сего возникшие в ясный весенний день, напугали и батюшку. Он, отшвырнув охапку сучьев прочь, бросился к саням, закричал: «Давай гони лошадей, не видишь, абаасы-дэриэтинньик идет сюда,  съесть меня». Лошади также были сильно напуганы,  из их ноздрей валил пар, животные дрожали и перебирали ногами, готовые понестись прочь от опасного места. Маленький кучер, дождавшись, когда потный, тяжело дышавший, с вытаращенными от ужаса глазами батюшка не упадет в сани, ударил кнутом и погнал тройку по дороге. Так, в быстром темпе, прибыли к месту назначения.
Увидев взмыленных лошадей и напуганного батюшку, хозяева спросили: мол, что с вами случилось?  Мальчик, конечно, не стал  скрывать и все рассказал. Поступок священника вызвал сильное возмущение, но кто  бы что  ему сказал? В ту ночь почти не спали, были, так сказать, настороже. На следующий день, после отпевания, тронулись в обратный путь. Их вызвался сопровождать – а вдруг история повторится? - один мужчина, едущий порожняком.  Он ехал впереди и повел маленький обоз параллельно идущей старой дорогой. Батюшка дремал под шубой в санях и проснулся только тогда, когда впереди показался Покровск. Казалось бы, он должен был благодарить, что все благополучно обошлось, но тот вдруг накинулся на кучера и провожатого с бранью. По его мнению, они нарочно повезли его не той дорогой и не дали ему возможности завершить задуманное – сжечь арангас шамана Эргиса. «Вы, сахалар*, вечно защищаете своих шаманов, которые вас обманывали и  которые даже после смерти не лежат спокойно! Если бы сжег его арангас, то он бы перестал строить козни и успокоился бы!» - с такими словами преподобный вывалился из саней и пошел к своему дому. «Эээ, совсем ничего не понял этот батюшка… Если бы он пошел сжигать могилу Эргиса, то старик тут же забрал бы его душу. Тогда мне пришлось бы идти под суд, ведь на суде не поверят, что его убил давным-давно умерший шаман. Вот почему я и повез вас по другой дороге. А ты, малец, должен уважать могилы своих предков, ведь наш кангаласский род пошел от этого великого шамана!» - сказал мужчина и добавил: «Батюшке, однако, в скором времени несдобровать». 
Когда уставший с дороги священник только сел отобедать, как в его дом без стука ввалился взволнованный  дьячок с криком: «Батюшка, одолжи ружье! Только что со стороны Покровки  в вашу ограду прилетел огромный черный глухарь и кружится в небе. Хочу его застрелить!» Но как ни старался  дьячок, попасть в птицу, та не давалась и как будто нарочно кружила, спускаясь низко, над двумя дворами, батюшки и дьячка, затем, совершенно обессилив горе-охотника, издала торжествующий клекот и, плавно взмахивая крыльями, улетела в сторону речки Покровка. 
Между тем сопровождавший батюшку мужчина поехал к своим родственникам на ночевку. Ну и рассказал за обедом  о происшествии. Хозяева, люди уже преклонных лет, внимательно выслушали его рассказ, который им совсем не понравился. Они вдруг как-то засуетились. Старик, взяв с камелька догоревший уголек, положил его  под порог входной двери, что-то тихонько приговаривая себе под нос заклинания. Старуха же вышла в амбар и занесла два куска  мяса и бросила в котел с варевом.  
Наступил вечер. За ужином все больше молчали, затем хозяин произнес: «Батюшка этот совершил плохой поступок, нанес жестокую обиду великому шаману.  И чем только тот ему помешал? И, скорей всего, скоро получит ответ от старца.  Лишь бы не пострадали невинные люди. Нам всем нужно быть начеку в эту ночь. Будем спать по очереди, чтобы не пропустить  признаки надвигающегося несчастья. Как только что-нибудь услышите или почувствуете, сразу будите меня».
К общей радости, ночь прошла спокойно, без происшествий.  Утром церковный колокол почему-то не позвонил. Во время утреннего чаепития с нехорошей вестью зашел сосед-трапезник.  Оказалось, что в эту ночь неожиданно скончался единственный сын дьячка, мальчик лет пяти-шести. Вот почему колокол молчал утром.  Услышав такую весть,  каждый наверняка обвинял про себя батюшку, чей необдуманный поступок принес горе семье дьячка. Маленький, ни в чем не повинный мальчик стал жертвой приспешников шамана – абаасы. 
Однако дело одной смертью не закончилось. Через какое-то время, когда все вздохнули с облегчением, случилось новое несчастье. На этот раз с самим виновником.  Как рассказывали очевидцы, под  вечер к дому батюшки со стороны Покровки снова прилетела большая черная птица, которая долго кружила над крышей дома. Работники церкви пытались выгнать ее со двора, но ничего не получалось. В конце концов  из дома выскочил с ружьем взбешенный донельзя батюшка и стал целиться в наглую птицу, но не успел - упал лицом  на землю и испустил дух. Таким образом великий шаман Эргис  даже после смерти смог отомстить своему обидчику, который хотел сжечь его арангас. 


Арангас – могильный лабаз. 
Сагынньах – дорожная меховая шуба.
Дэриэтинньик – дух, привидение.
Сахалар – якуты.
Количество показов: 73
Выпуск:  №45 (2674) от 15 ноября 2018 г.