Капкан для избирателя

01.03.2018 
Количество показов: 30
Кандидаты на высший государственный пост обещают гражданам страны «золотые горы». Что стоит за этими обещаниями, и стоит ли им верить?
С 18 февраля во всех СМИ страны стартовала агитационная кампания кандидатов на пост Президента Российской Федерации. И на избирателя по всем возможным каналам коммуникаций обрушился вал разной информации. От негатива на соперников по избирательной гонке до обещаний самого что ни на есть «светлого» будущего. Чтобы оно наступило, нужна малость – поставить в избирательном бюллетене галочку напротив фамилии кандидата, который обещает лучше и больше всех. Расчет прост: избиратель поверит и сделает это. Один раз. В день голосования. Не задумываясь, что будет завтра. 

Что такое «популизм»?
Сегодня нашу страну, как немногим раньше Европу и США, накрыло явление, имя которому – популизм. Что это? Известный философ и политтехнолог Олег МАТВЕЙЧЕВ говорит, что каких-то общепринятых научных формулировок на этот счет не существует. Но все сводится к тому, что популизм — это необоснованные, неисполнимые, противоречивые и требующие времени обещания, которые даются политиками в зависимости от того, что хочет слышать аудитория.

В нынешней избирательной кампании обещаний – пруд пруди. Можно обещать пенсию не ниже 25 тысяч рублей, прекрасно зная, что денег на это в Пенсионном фонде нет. Типичное необоснованное обещание. Но, возможно, «сбыточное» в далекой перспективе. А есть обещания совсем несбыточные. Например, «весь народ будет жить так же хорошо, как мое передовое предприятие». Кроме того, к популистским обещаниям можно отнести такие, когда сулят какие-то вещи, которые прямо или косвенно противоречат друг другу и одновременно не могут быть исполнены. 

Из истории вопроса
В 1990-е годы популизм был простым и примитивным. Один известный всем нам политик сформулировал его во фразе: «Каждой бабе – по мужику, каждому мужику – по бутылке водки». На разных уровнях (от президентских выборов и далее — везде) нам обещали просто «золотые горы»: «Всем дадим работу, всем повысим зарплату, пенсии, жизнь станет лучше» и тому подобное. Многие на это покупались. Но фокус в том, что люди – и тогда, и сейчас – не знают, что на самом деле может тот или иной политик, и что на деле от него зависит. 

Скажем, человек баллотировался в городскую думу и обещал повысить пенсии. Казалось бы, где городская дума и где Пенсионный фонд России? Но бабушки этих вопросов не понимали тогда, не понимают и сегодня. И раз «соколик и голубчик» обещает повысить пенсии, они за него голосовали и голосуют. Другие кандидаты обещали что-то, более соответствующее их депутатскому уровню, но зачастую просто неисполнимое. И не потому, что это неисполнимо в принципе, а потому что человек вовсе не собирался делать обещанное.

Таких депутатов и политиков разных уровней было много, и они себя очень сильно дискредитировали и обесценили. Народ перестал верить примитивному популизму. Уже в начале 2000-х годов популярными стали политики, которые исповедовали принцип «новой искренности». Выходили к людям и говорили: «Я не обещаю вам пенсии, не обещаю вам зарплаты, работы. Ничего не обещаю, но могу сказать честно, что сделаю то-то и то-то. За это вы с меня спросите». На фоне предшествующего обмана 1990-х годов людям нравился такой искренний и откровенный разговор. Избиратели стали смотреть на то, что человек сделал. 

Эволюция понятия
Простой и примитивный популизм в стране не то, чтобы умер, но стал пользоваться куда меньшей популярностью, чем в 1990-е. Сегодня политики разных уровней работают по так называемым «целевым аудиториям». Приезжая на какой-нибудь судостроительный завод, они говорят, что «обязательно надо поднимать промышленность, судостроение, осваивать моря и океаны». Но когда те же люди общаются с пенсионерами, они уже говорят про пенсии, поликлиники и их оснащенность. И всякий раз рассказывают, что это – главный пункт их предвыборной программы. Для каждой аудитории он будет другим.    

Теперь у политиков разного уровня, в том числе и тех, что борются за президентское кресло, в ходу новейший популизм. Это противоречивые обещания. Те, что невозможно исполнить одновременно. Например, один политик заявляет, что он отменит НДС. Это предвыборное обещание нельзя назвать неисполнимым, и человек, если станет президентом, может его выполнить. Дело в другом. В том, что в этом случае из бюджета страны, куда НДС в основном и поступает, выпадут гигантские доходы. В нем просто будет очень мало денег. Но этот же политик говорит, что другой пункт его программы — увеличение госрасходов на помощь определенным категориям населения. Возникает вопрос: если бюджет значительно уменьшится из-за отмены НДС, то как увеличить эти самые госрасходы? Ведь денег не будет даже на те госрасходы, что сейчас считаются недостаточными. Однако ответа на это противоречие нет. И без раздумий такой популизм очень трудно поймать.

А вот и наши якутские зарисовки. С подачи разных доморощенных «политиков» по мессенджерам и кухням стоит народный стон: как же плохо мы живем! И как не поверить, ведь проблем хватает. Но ровно до тех пор, пока не выйдешь во двор, где не протолкнуться от автомобилей «плохо живущих» горожан. Или не зайдешь в салон связи или магазин, где разрекламированные гаджеты стоимостью в не один десяток тысяч рублей разлетаются, как горячие пирожки. Впору вспомнить и перефразировать Козьму Пруткова: если видишь в иномарке даму в норковой шубе, стенающей о «плохой жизни» в навороченный смартфон, – не верь глазам своим!

Другой известный политик с умным лицом делает разные заявления псевдоэкономического, псевдонаучного характера. «У нас большую долю занимают нефтегазовые доходы в бюджете. Нужно развивать инновационную экономику, не сидеть на «сырьевой игле». И так далее. Но когда спрашивают – за счет чего финансировать армию или те же инновационные разработки, он говорит: «А мы это все возьмем у «Газпрома». Отлично! Так что тогда? Либо уменьшаем долю «Газпрома» в доходах государства и остаемся без денег, чтобы обеспечить ту же самую армию, либо миримся с тем, что «Газпром» дает большой доход в бюджет. Ответа нет.

Все по-взрослому
Хитрость такого популизма в том, что каждая отдельная предлагаемая мера популизмом не выглядит. Человек может говорить о сложных материях. И будет ощущение, что это какая-то научная программа, целый экономический подход. Выглядит все очень серьезно. Но на деле это все тот же голый популизм. Потому что в одной аудитории этот человек говорит вещи, которые делают невозможными меры, которые он пообещал в соседней аудитории. Это криптопопулизм. Скрытый популизм, который рядится в научные одежды и приносит вред нашей стране и нашей политике. 

Чтобы его обнаружить, нужно анализировать, думать. Всегда. Если хотим понять – настоящий ли, серьезный политик перед нами или популист. Когда мы анализируем любой бюджет — семьи, государства, региона — надо четко понимать, где его доходная часть, а где расходная. Сознавать, что если нам обещают что-то потратить, раздать, помочь, субсидировать, развивать — это должно откуда-то взяться, быть заработано. За счет чего? Но у большинства наших политиков об этом либо очень слабое представление, либо его нет вовсе. В отличие от способностей «царской» рукой расписать расходы и обещать удовлетворить огромное количество разных запросов разных аудиторий.

Популизм на самом деле страшен. Это самообман общества. Дело не в том, что политики кого-то обманывают – они это делают постоянно. Но когда таким самообманом занимается общество, оно идет в тупик. Поэтому борьба с популизмом — это своего рода спасение общества от него же самого, от его же собственных предрассудков, от его же собственного самообмана. А политик не должен слепо идти на поводу у общества и обещать то, чего оно сиюминутно хочет. Миссия хорошего политика —  воспитывать общество и избавлять его от популизма. А избиратель должен думать, чтобы не попасть в этот капкан невыполнимых обещаний.

Количество показов: 30
Выпуск:  №8 (2637) от 1 марта 2018 г.
Комментарии